Предыдущая Следующая

Непостоянство Дали, его сомнения и страдания, амбиции и разочарования приводили к крайностям. Он то выступал в роли необузданного нонконформиста, то становился активным приверженцем конформизма; был одновременно воинствующим революционным анархистом и с таким же увлечением исповедовал реакционные идеи национал-социализма. В этой противоречивости, неопределенности политических взглядов, по-видимому, следует искать одну из основных причин его интереса к нацистской идеологии, что оттолкнуло от него большинство друзей и единомышленников, привело их к разрыву с ним.

После того как им в 1934 году была выполнена работа, на которой представлен Гитлер и где опять использован мотив «Молитвы» Милле,— начались конфликты с сюрреалистами (несмотря на саркастичность изображения фюрера). В речи, которую держал художник в свою защиту в студии Бретона и которая, как утверждают, стала одним из лучших его перфомансов, Дали говорил, что придерживается манифеста сюрреализма, где провозглашалось, что сновидения не подлежат никакому контролю или цензуре. Он настаивал, держа при этом термометр во рту. и имитируя стриптиз, что описывать и ценить свои сны вправе каждый. В «Дневнике гения» художник так преподнес эту ситуацию: «Произнося свою пылкую речь pro domo, в защиту себя и дел

своих, я несколько раз опускался на колени, правда вовсе не потому, что умолял их меня не исключать, как потом ошибочно утверждали,— совсем наоборот, я просто взывал к Бретону, пытаясь заставить его понять, что моя гитлеровская мания есть явление чисто параноидное и по природе своей абсолютно аполитично» 25.

Очевидно, внутренняя неудовлетворенность, постоянное противостояние одного Дали другому обусловили и его неприятие действительности, и метаморфозы предсказаний будущего, и иронический взгляд в историческое прошлое, странную уживчивость веры и неверия. Концепция двойного образа должна была служить оправданием этому, своего рода индульгенцией. И все же, несмотря на заблуждения и драматические ошибки — возможно, даже преднамеренные из-за амбициозности характера художника, его убежденности в своей исключительности,— Дали нельзя предъявлять политических обвинений, потому что по-настоящему он не только не принадлежал ни к каким партиям, но и не понимал, не принимал и не верил до конца ни в одну идеологическую программу. Он искал Бога среди живущих, себе подобных и не находил его, поскольку обладал уникальной интуицией и даром предвидения. Поначалу художник идеализировал, обожествлял некоторых политических лидеров, затем, сравнивая образы, созданные его воображением, с их жизненными прототипами, быстро разочаровывался, все больше убеждаясь в бессмысленности обрести Бога в среде земных грешников.


Предыдущая Следующая